Биография, Сухово-Кобылин Александр Васильевич. Полные и краткие биографии русских писателей и поэтов.

Сухово-Кобылин Александр Васильевич. фото фотография фотка Сухово-Кобылин Александр Васильевич. фото фотография фотка
Все материалы на одной странице
Материал № 1
Материал № 2
Материал № 3
Материал № 4

Сухово-Кобылин, Александр Васильевич

— известный драматург, принадлежащий к тому немногочисленному разряду писателей, которых можно назвать «авторами одного произведения». Эти писатели сразу развертывают все свое дарование, дают произведение, которое обеспечивает им имя в истории литературы и потом либо совершенно замолкают, либо пишут вещи, не идущие ни в какое сравнение с первым проявлением их таланта. Таков из русских писателей Грибоедов с поразительным контрастом между «Горе от ума» и позднейшими пьесами. Таков Чаадаев, занявший своим «Философическим письмом» одно из первых мест в истории русской общественной мысли и затем проживший еще 20 лет в полном обладании блестящего ума, но не написавший более почти ни одной строки. Таков из второстепенных талантов Гирс, возбудивший началом романа «Старая и новая Россия» очень большие надежды и ничем их не оправдавший. Таков, наконец, С. — Кобылин, автор неувядаемой «Свадьбы Кречинского», созданной пятьдесят лет тому назад, в течение которых даровитый автор не написал ничего, кроме двух пьес совершенно второстепенного значения («Дело» и «Смерть Тарелкина»). До известной степени столь редкая в истории истинных талантов непродуктивность С. — Кобылина может быть объяснена обстоятельствами личной его жизни; все три его пьесы написаны по случайным мотивам, чуждым чисто литературных побуждений. Сам автор в предисловии к драме «Дело» говорит о себе, что «класс литераторов так же мне чужд, как и остальные четырнадцать», и тут же спешит заявить, что его пьеса «не есть, как некогда говорилось, плод досуга, ниже, как ныне делается, поделка литературного ремесла, а есть в полной действительности сущее и из самой реальнейшей жизни с кровью вырванное дело». Эти слова являются отголоском очень тяжелого испытания, которое С. — Кобылину пришлось перенести в молодости, когда он несчастным стечением обстоятельств был вовлечен в дело об убийстве француженки Диманш. Корыстолюбие судебных и полицейских властей, почуявших, что тут можно хорошо поживиться, привело к тому, что и сам С. — Кобылин, и пятеро его крепостных, у которых пыткою вырвали сознание в мнимом совершении преступления, были накануне каторги. Только огромные связи и еще больше огромные денежные «дачи» освободили молодого помещика и его слуг от незаслуженного наказания. Ужасы лично им вынесенных дореформенных порядков С. — Кобылин и старался изобразить во второй из своих пьес — «Деле». Отсюда слишком мрачная окраска пьесы; не лишенная кое-где колоритности и силы, она в общем производит впечатление недостаточно художественного и крайне озлобленного шаржа. Гораздо счастливее связан с печальными испытаниями молодости автора литературный первенец Сухово-Кобылина — «Свадьба Кречинского». Сидя в тюрьме, он от скуки и чтобы немного отвлечься от мрачных мыслей, разработал в драматической форме ходивший в московском обществе рассказ об известном тогда светском шулере, который получил у ростовщика большую сумму под залог фальшивого солитера. Как бы сами собою создались у С. — Кобылина такие яркие фигуры, которые сделали ничтожный анекдот основанием одной из самых сценичных пьес русского репертуара. «Свадьба Кречинского» не выдерживает критики, если ее рассматривать с точки зрения правдоподобия. Она написана почти по правилам ложноклассического триединства; все совершается в течение одного дня, и все концентрируется так, что результаты поступков действующих лиц немедленно обнаруживаются перед зрителем. Но в этих нереальных рамках автор достиг полной правды психологической, дав в замечательно сжатой и сгущенной форме полный душевный очерк своих героев. Таков прежде всего Кречинский, несомненно даровитая натура, которого увлекает не столько корыстолюбие, сколько сама артистичность проделки а также широкие перспективы будущих шулерских подвигов. Не просто мелкий мошенник и Расплюев, «работающий» для того, чтобы «таскать пищу в гнездо», т. е. кормить своих детей. Ни Кречинского, ни Расплюева нельзя назвать типами; это по преимуществу характеры, т. е. лица, мало связанные с условиями быта, — что, между прочим, обеспечивает пьесе долгую жизнь. Чрезвычайный интерес придает Кречинскому и Расплюеву также яркая колоритность их речи; многие словечки пьесы вошли в обиходную речь («была игра», «сорвалось», «это настоящий маг и волшебник», «он перед ним мальчишка и щенок» и др.). Драматическая сила «Свадьбы Кречинского» особенно ясно выступает при сравнении ее с «Делом» и «Смертью Тарелкина», в которых автор неудачно старался развить некоторые положения и характеры, в основной пьесе только намеченные, но зато с большою яркостью. В результате получился какой-то драматический комментарий, где первое место занимают пояснения, рассуждения и подчеркивания. «Дело» с его мрачным колоритом в общем гораздо выше «Смерти Тарелкина», где есть претензии на веселость. Постановка на сцене «Дела» долго встречала цензурные препятствия; «Смерть Тарелкина» была допущена к представлению только осенью 1899 г. (под измененным заглавием: «Расплюевские веселые дни», и с переделками), но успеха не имела. Сухово-Кобылин родился в богатой дворянской семье Московской губ. около 1820 г. В доме отца, ветерана 1812-го года, постоянно бывали молодые профессора Московского университета — Надеждин, Погодин, Максимович, Морошкин и др., дававшие уроки его сестре, известной впоследствии писательнице Евгении Тур (гр. Сальяс). В сороковых годах С. — Кобылин учился в Московском университете и пристрастился к философии, которою усердно занимается по настоящее время; позднее много путешествовал и во время пребывания в Париже свел роковое для него знакомство с Диманш. «Свадьба Кречинского», написанная в начале 50-х годов, возбудила всеобщий восторг при чтении в московских литературных кружках, в 1856 г. была поставлена на сцену в бенефис Шумского и стала одною из самых репертуарных пьес русского театра. Все три пьесы трилогии изданы в 1869 г. под заглавием: «Картины прошлого».

Сухово-Кобылин, Александр Васильевич (дополнение к статье)

— драматург; в 1902 г. избран в почетные академики; умер в 1903 г.

Сухово-Кобылин, Александр Васильевич

[1817—1903] — выдающийся русский драматург. Род. в богатой помещичьей семье, принадлежавшей к старинному дворянскому роду. Образование получил на физико-математическом отделении философского факультета. Под влиянием своего друга детства — А. И. Герцена — С. — К. увлекся философией, к-рую он впоследствии считал своим истинным призванием. По окончании ун-та С. — К. вел светскую жизнь, проводя большую часть времени за границей. В 1850 спокойное течение жизни С. — К. было прервано трагической смертью (убийством) француженки Луизы Симон-Деманш, находившейся с ним, по определению официальных документов, «в любовной связи». К следствию по делу были привлечены сам С. — К. и его крепостные, бывшие в услужении у Симон-Деманш. С. — К. был дважды арестован. В 1854 в тюрьме С. — К. написана создавшая ему славу драматурга комедия «Свадьба Кречинского», задуманная и начатая им во время одного из заграничных путешествий. «Свадьба Кречинского» впервые была поставлена в 1855 на сцене московского Малого театра, а в следующем году была напечатана в «Современнике». У публики пьеса имела большой успех. Критика же недооценила эту замечательную комедию.

В 1857 закончилось следствие по делу об убийстве Симон-Деманш, давшее С. — К. обильный материал для последующих частей его трилогии и наложившее резкий отпечаток на его творчество. Дело окончилось оправданием всех обвиняемых. Тем не менее вопрос о причастности драматурга к убийству породил обширную литературу. В настоящее время этот вопрос можно считать разрешенным в отрицательном смысле.

Вторая часть трилогии — драма «Дело» — была написана С. — К. спустя семь лет после постановки «Свадьбы Кречинского». Пьеса была запрещена к постановке из-за резко отрицательного изображения чиновничьего мира. Впервые она была напечатана за границей. В русской же печати она появилась лишь в 1869. В 1882 удалось осуществить первую постановку пьесы в значительно урезанном виде на сцене Александрийского театра.

Не менее тяжелые испытания ожидали последнюю часть трилогии — «Смерть Тарелкина». Эту пьесу С. — К. закончил после многочисленных переделок в 1868. В следующем году она была опубликована вместе с первыми двумя частями трилогии под общим названием «Картины прошедшего». Поставлена же впервые лишь в 1900 в переработанном виде и под измененным названием «Расплюевские веселые дни».

Оставшиеся лежать под спудом, лишенные доступа на сцену, «Дело» и «Смерть Тарелкина» не получили достойной оценки современной С. — К. критики. Столь различные по своему направлению и эстетическим критериям журналы, как «Вестник Европы» и «Дело», сходились в оценке этих произведений. Оба журнала отмечали несценичность «Дела», отсутствие в нем драматического действия, живых и глубоких характеров. И совсем уничтожающей была оценка «Смерти Тарелкина» — пьесы, которую сам драматург считал своим лучшим произведением. «Это довольно пустой фарс, основанный на переодевании и самом невероятном анекдоте», — писал «Вестник Европы». Аналогичной и не менее резкой была оценка «Дела».

Отсутствие заслуженного признания со стороны критики, трудности продвижения пьес на сцену сыграли не последнюю роль в отходе писателя от литературы. Вторую половину своей жизни С. — К. провел за границей, частью в своем родовом имении, где он посвятил себя хозяйству и занятиям философией. Пожар, произошедший в 1899 в имении С. — К., уничтожил его философские работы и переводы Гегеля. В 1902 литературная деятельность С. — К. получила признание: он был избран почетным членом Академии наук. В 1903 он умер за границей.

Трилогия С. — К. представляет собой одну из самых ярких и своеобразных страниц в истории русской драматургии. С огромной художественной силой и сатирической остротой С. — К. обнажил в своих пьесах язвы и уродства самодержавно-крепостнической России. Алчность и стяжательство, неограниченная и тупая власть бюрократически-полицейского аппарата, проникающего во все поры общественной жизни; взяточничество и вымогательство, охватывающие все звенья административно-судебной системы, — таковы разоблаченные С. — К. стороны русской действительности. Все эти черты запечатлены в отдельных частях трилогии с различной степенью обобщения. Творческий путь С. — К. — это путь от бытовой комедии к острой социальной сатире-памфлету, от бытового реализма к реалистическому гротеску, осложненному эксцентрикой и буффонадой.

В «Свадьбе Кречинского» действие происходит в старозаветной помещичьей семье, попавшей в столицу. Автор сочувственно относится к своим героям из дворянской среды (Муромский, Нелькин, Лида), наделяя их положительными моральными качествами. Но в то же время он подчеркивает косность, ограниченность, умственную неповоротливость Муромского. В эту патриархальную среду врываются враждебные веяния новой жизни в лице столичного авантюриста Кречинского. Кречинский («Наполеон», как называет его Расплюев) — ловкий, изобретательный, смелый авантюрист широкого размаха, типический образ хищника-афериста, любыми средствами пробивающегося к заветному «миллиону».

Благополучный конец пьесы — разоблачение авантюры Кречинского и торжество «добра» — был признан критикой, не знавшей еще всего замысла трилогии, слишком оптимистическим, снижающим сатирическую остроту комедии. Это было в свое время замечено в статье «Современника»: «Не была ли бы «Свадьба Кречинского» оригинальнее и не имела ли бы она более сильного значения, если бы автор не допустил своего героя сорваться... а окончил комедию благополучным браком, если бы Кречинский остался прав, а Нелькин виноват?.. Наказанный порок не успокоил бы его (зрителя. В. Г.), как теперь. Вот в чем заключалось бы, по нашему мнению, нравственное комедии».

По своим формальным особенностям «Свадьба Кречинского» восходит к стилю французской комедии и к сценическим традициям французских театров малых форм. «Я писал «Свадьбу Кречинского», — рассказывал С. — К., — и все время вспоминал парижские театры, водевиль, Бюффе...» Четкая конструкция пьесы, стремительность действия, острота интриги, легкий, изящный диалог — все эти качества своего мастерства С. — К. развил изучением французской комедии, в частности драматургии Скриба.

Блестящая форма комедии заслонила перед современными драматургу критиками значительность комедии в целом, глубину созданных им характеров. Между тем образы Кречинского и Расплюева по своей скульптурной законченности, типичности и оригинальности могут быть поставлены на одном художественном уровне с героями Гоголя и Грибоедова.

С лучшими образцами русской драматургии «Свадьбу Кречинского» сближает язык пьесы — сочный, меткий, афористичный. Крылатые словечки персонажей комедии прочно вошли в обиходную, разговорную речь.

Вторая часть трилогии — драма «Дело» — намечает новый этап творческого развития С. — К. От бытовой комедии-интриги драматург перешел к жанру политической пьесы. Сюжет «Дела» — история о том, как чиновники замучили дворянина, попавшего «в капкан, волчьи ямы и удилища правосудия». Мрачен колорит пьесы. Тема накопления, обогащения, знакомая нам уже по «Свадьбе Кречинского», звучит в «Деле» с необычайно возросшей силой. У Варравина и особенно Тарелкина жажда наживы приобретает характер одержимости, маниакальности, мрачного, почти аскетического фанатизма.

Основная направленность «Дела» — это страстное, негодующее обличение общественной неправды. Личное оскорбление и обиды, которые пришлось претерпеть С. — К. от чиновников в связи с делом Симон-Деманш, раздуло в ненависть прирожденную неприязнь драматурга к чиновничеству, обусловленную его социальной природой родовитого аристократа. ««Дело» — это моя месть. Я отмстил своим врагам. Я ненавижу чиновников».

Власть бюрократии, торжество ее над дворянством, бессилие дворянского «бунта» Муромского — таково содержание «Дела». Острая ненависть к бюрократии, сознательная обличительная тенденция помогли С. — К. создать произведение громадной обобщающей силы.

Вопреки идеологии автора, «Дело» выросло в грозное обличение всей императорско-бюрократической России. Однако драматургия С. — К. не только обличает феодально-бюрократический режим во всем его глубочайшем растлении, она отражает проникновение новых, капиталистических отношений в типичных для эпохи авантюристических формах. Трилогия в целом направлена против разрастающейся власти денег. Во всех трех пьесах деньги являются движущей силой сюжета; уголовщина, авантюры вырастают на почве беззастенчивого обогащения: авантюра мечтающего о миллионе Кречинского, грабительство «под сенью законов» Варравина, погоня Тарелкина за ускользающим богатством. В пьесах С. — К. появляются кредиторы, ростовщики, шулера, взяточники, аферисты.

По своим стилевым особенностям «Дело» знаменует углубление творческой манеры С. — К., переход его от жанрового показа- людей и событий к социально-обобщенной типизации образов и сценических ситуаций. Построение сюжетных линий и характеристики персонажей имеют своей целью предельна раскрыть типические стороны действительности, дать памфлетно-заостренный сгусток ее.

Родственность дарования С. — К. творческой манере Гоголя, сказавшаяся уже в «Свадьбе Кречинского», обнаруживается в «Деле» со всей полнотой. Отдельные персонажи «Дела» перекликаются с образами из «Ревизора» и «Мертвых душ». Памфлетная заостренность, сгущенность красок в изображении чиновников, давшая повод некоторым критикам говорить о недостатке в пьесе живой психологии, бесспорно восходит к художественной системе Гоголя. Наделение персонажей схожими фамилиями (Ибисов и Чибисов; Герц, Шерц и Шмерц) повторяет комический прием, использованный автором «Ревизора» (Бобчинский и Добчинский).

Вместе с тем в «Деле» в полной мере проявляется сатирическая острота дарования С. — К., приближающая его к Салтыкову-Щедрину. Наряду с этим придание в отдельных сценах комедийным ситуациям фарсового характера (напрель принятие содовой воды князем) свидетельствует об использовании С. — К. приемов французской буффонады.

В стремлении к обобщению драматург использует приемы иронической символизации, аллегорических характеристик, гротескных масок. Так, аллегорично членение действующих лиц на категории: «начальства», «силы», «подчиненности», «ничтожества» или «частные лица» и «не-лицо». Символически обобщены место действия «частью в залах и апартаментах какого ни есть ведомства» и общественно-профессиональная среда в авторской характеристике Варравина: «Правитель дел и рабочее колесо какого ни есть ведомства». Той же цели символического обобщения служит характеристика Герца, Шерца и Шмерца, как «колес, шкивов и шестерен бюрократии». Но все эти приемы у С. — К. ведут не к искажению действительности, а к ее более яркому, острому раскрытию, укрупненному сатирическому показу, остающемуся всецело на почве реальности. Характеристики действующих лиц полны глубокой и конкретной жизненной правды. Сам С. — К. подчеркивал реалистичность и типичность созданной им картины действительности. Он заверяет, что его пьеса «Дело» — «из самой реальнейшей жизни с кровью вырванное дело». В послесловии к «Смерти Тарелкина» он пишет: «Где же это я все-таки такие картины видел?., нигде... и — везде...". Сочетание глубочайшего реализма с гротескной заостренностью сценических ситуаций, составляющее драматургический стиль «Дела», находит свое завершающее выражение в последней части трилогии — «Смерти Тарелкина».

«Смерть Тарелкина» названа С. — К. комедией-шуткой. Назначение ее — согласно авторскому предисловию — доставить публике «несколько минут простого, веселого смеха». Близость сценического стиля пьесы традициям французских театров малых форм подчеркнута самим драматургом. Из творческой практики этих театров заимствовал С. — К. элементы эксцентрики и буффонады, приемы трансформаций и переодеваний. Но сквозь эксцентрически-водевильную внешнюю форму открыто проступает полная негодования и презрения обличительная тенденция драматурга. В «Смерти Тарелкина» сатира С. — К. достигает большого напряжения. По своей бичующей силе и язвительности «комедия-шутка» С. — К. стоит на уровне крупнейших произведений русской обличительной драматургии. В «Смерти Тарелкина» нет положительных персонажей. Зловещий колорит пьесы не смягчает ни одно светлое пятно. Подобная взаимному пожиранию пауков в банке — борьба Тарелкина с Варравиным образует сюжет пьесы. В развитии сюжетной линии драматург показывает все варварские методы следственного производства в полицейском застенке. Благодаря сатирической смелости в обрисовке характеров изображаемые в пьесе события поднимаются до высокого уровня обобщений. Образ прощелыги и шулера Расплюева в новой для него роли блюстителя порядка и «спасителя отечества», подвергающего всю Россию полицейскому просмотру, — крупнейший вклад драматурга в литературную сокровищницу отрицательных образов крепостнически-самодержавной России. Не уступая по художественной законченности своему предшественнику из «Свадьбы Кречинского», он значительно превосходит его по социальному значению. Надгробное слово Тарелкина над собственным трупом — шедевр сатирического изобличения либерализма, напоминающий лучшие образцы сатиры Щедрина.

Остро отточенные, разящие афоризмы разбросаны по всей пьесе. Такие крылатые словечки, как «хочешь честь или хочешь есть», «у меня одно: деятельность и повиновение», «все наше. Всю Россию потребуем», «какой же черт произвол, когда моя необходимость», — могли бы обогатить разговорную речь, если бы они своевременно прозвучали со сцены.

Густые сатирические краски, положенные на облик основных персонажей, создают беспримерно-мрачную картину российской действительности. Вся Россия во власти бессмысленно-жестокого полицейского произвола, — таков объективный вывод из этой «комедии-шутки».

Разоблачающая сила творчества С. — К. значительно превосходит авторские намерения. Столкнувшись в своем личном жизненном опыте с тяжелыми явлениями современной ему жизни — бюрократизмом, произволом, взяточничеством, — он не сумел понять, что эти явления коренятся в самой природе самодержавно-крепостнического строя, и приписал их торжеству нового порядка, разрушившего патриархальную правду жизни. С большой смелостью разоблачая отрицательные стороны действительности, С. — К. не мог ничего противопоставить мрачному окружающему. Далекий от революционного движения крестьянства, драматург не видел тех положительных общественных сил, которые могли бы служить ему социальной опорой в отрицании действительности.

Отсюда — глубокий пессимизм, проникающий «Дело» и «Смерть Тарелкина», лежащая на этих пьесах печать бескрылости, отсутствие в них освежающего дыхания больших прогрессивных идей.

Но тем не менее познавательная и художественная ценность творчества Сухово-Кобылина огромна. Значение его правильно определил сам драматург. Сетуя на то, что цензура надела на него пожизненный намордник, С. — К. писал: «За что? за то, что его сатира произведет не смех, а содрогание, когда смех над пороком есть низшая потенция, а содрогание — высшая потенция нравственности».

Творчество С. — К., отобразившее с беспощадным реализмом самодержавно-крепостническую Россию, объективно служило революционно-демократическому движению.

Библиография: I. Картины прошедшего. Писал с натуры А. Сухово-Кобылин, М., 1869; Трилогия, Гослитиздат, М., 1938.

II. Гуpевич Л. Я., А. В. Сухово-Кобылин (Литературный портрет), «Вестник и библиотека самообразования», 1903, No 20; Дpизен Н. В., Драматическая цензура двух эпох (1825—1881), изд. «Прометей» Н. Н. Михайлова, без места и года изд., стр. 198—200 (первоначально в журн. «Русский библиофил», 1916, No 2, стр. 43—45); Гроссман Л., Преступление Сухово-Кобылина, 2 изд., «Прибой», Л., ²928; Его же, А. В. Сухово-Кобылин (Жизнь, личность и творчество), вступ. ст. в кн.: Сухово-Кобылин A. B., Трилогия, М. — Л., 1927; Сахновский В., Театральная судьба Трилогии Сухово-Кобылина, там же; Смирнов Кр. А., Драматург-гегельянец А. В. Сухово-Кобылин, «Труды Ярославского педагогического института», т. III, вып. I — Литературно-лингвистический сбор., Ярославль, 1929.

III. Кашин Н. П., Библиограф. обзор изданий А. В. Сухово-Кобылина и литературы о нем, в кн.: Сухово-Кобылин А. В., Трилогия, 1927.

Сухово-Кобылин, Александр Васильевич

[17(29).09.1817—11(23).03.1903] — писатель, философ. Род. в Москве, в старинной дворянской семье. Окончил физ. — матем. отделение филос. ф-та Моск. ун-та (1838). Изучал филос. и право в Гейдельберге и Берлине. С 1902 — почетный акад. по разряду изящной словесности. В осн. филос. соч. «Учение Всемира» С. — К. развил представление об абсолютной идее как основе мира. «Абсолютный Всемир» есть органическое единство трех ступеней, тело к-рого — «бесконечная Вселенная», центр — бог, радиус — человечество. Универсальный закон развития Всемира — раздвоение на противоположности (экстремы). Поступательное развитие идей происходит путем эналакса (перехода) противоложностей. Идеальный эналакс связывает мир чистых сущностей с физ. миром. Др. эналакс ведет из физ. мира к дух. — человеч. История человечества триа-дична: 1) этап земного человечества; 2) этап солярного (солнечного) человечества, сопровождающийся выходом в солнечную систему; 3) этап сидерического (звездного) человечества. Вырвавшись к звездам, человечество будет расселяться в Космосе и, рано или поздно освободившись от телесности, станет всемирно воплощенным Разумом. Будущее человечества на Земле — всемирное гос-во, к-рое возглавит наиболее умная, гуманная и сильная раса, способная обеспечить всеобщий мир и братство. (См.: Г. Корхова. «ФЭ». Т.5. С. 166.)

Соч.: Картины прошедшего. М., 1869; Из дневника А. В. Сухово-Кобылина // Русская старина. 1910. No 5; Письма А. В. Сухово-Кобылина родным // Труды публичной библиотеки им. В. И. Ленина. Вып.3. М., 1934; Отрывки из дневника. 1852—1903 // Литературное наследство. 1949. Т.51, 52; Трилогия. М., 1966. Философия духа или социология (учение Всемира) [Отрывки из рукописи, ЦГАЛИ] // Русский космизм. Антология философской мысли. М., 1993.


Все биографии русских писателей по алфавиту:

А - Б - В - Г - Д - Е - Ж - З - И - К - Л - М - Н - О - П - Р - С - Т - У - Ф - Х - Ц - Ч - Ш - Щ - Э - Я


Десятка самых популярных биографий:

  1. Биография Пушкина
  2. Биография Лермонтова
  3. Биография Булгакова
  4. Биография Гоголя
  5. Биография Есенина
  6. Биография Достоевского
  7. Биография Чехова
  8. Биография Маяковского
  9. Биография Евтушенко
  10. Биография Даля







 
сopyright © 2006-2016
red @ slovo.ws